Публикации

19 февраля президент Украины Владимир Зеленский принял участие в 58-й Мюнхенской конференции по вопросам…

Украина хочет мира. Европа хочет мира. Мир говорит, что не хочет воевать, а Россия – что не хочет нападать. Кто-то из нас врет. Это еще не аксиома, но уже не гипотеза.

Дамы и господа!

Два дня назад я был на Донбассе, на линии разграничения. Юридически – между Украиной и временно оккупированными территориями. Фактически – разграничения между миром и войной. Где с одной стороны – детский садик, а с другой – попавший в него снаряд. С одной стороны – школа, с другой – снаряд, прилетающий на школьный двор.

А рядом – 30 детей. Идущие… нет, не в НАТО, а на уроки, в школу. У кого-то – физика. Зная ее элементарные законы, даже дети понимают, насколько нелепо звучат заявления о том, что эти обстрелы ведутся со стороны Украины.

У кого-то – математика. Дети без калькулятора могут посчитать разницу между количеством обстрелов в эти три дня и упоминаниями об Украине в Munich Security Report за этот год.

А у кого-то – история. И когда на школьном дворе появляется воронка от бомбы, у детей возникает вопрос: неужели мир забыл свои ошибки ХХ века?

К чему приводят попытки умиротворения? Как вопрос «Зачем умирать за Данциг?» обернулся необходимостью умирать за Дюнкерк и за десятки других городов Европы и мира? Ценой в десятки миллионов жизней.

Это ужасные уроки истории. Я только хочу убедиться, что мы с вами читали одни и те же книги. А значит, одинаково понимаем ответ на главный вопрос: как так произошло, что в XXI веке в Европе снова идет война и гибнут люди? Почему она длится дольше Второй мировой? Как мы дошли до самого большого кризиса в сфере безопасности со времен холодной войны? Для меня как президента страны, потерявшей часть территории, тысячи людей и у границ которой сейчас стоит 150 тыс. российских военных, техника и тяжелое вооружение, – так вот, для меня ответ очевиден.

Архитектура мировой безопасности хрупкая, требует обновления. Правила, о которых мир договорился десятки лет назад, больше не работают. Не поспевают за новыми угрозами. Не действенны для их преодоления. Это сироп от кашля, когда требуется вакцина от коронавируса. Система безопасности медленная, в который раз дает сбой. По разным причинам: из-за эгоизма, самоуверенности, безответственности государств на глобальном уровне. Как следствие – преступления одних и равнодушие других. Равнодушие, которое делает соучастником. Символично, что я говорю об этом именно здесь. 15 лет назад именно здесь Россия заявила о намерении бросить вызов глобальной безопасности. Чем ответил мир? Умиротворением. Результат? По меньшей мере  аннексия Крыма и агрессия против моего государства.

Фото: president.gov.ua

ООН, защищающая мир и мировую безопасность, не может защитить себя. Когда нарушается ее Устав. Когда один из членов Совбеза ООН аннексирует территорию одной из основательниц ООН. А Крымскую платформу (формат, цель которого – деоккупация Крыма мирным путем и защита прав крымчан) сама ООН игнорирует.

Три года назад [тогдашний канцлер Германии] Ангела Меркель сказала: «Кто подберет обломки мирового порядка? Только мы все вместе». Аудитория аплодировала стоя. Но, к сожалению, коллективные овации не переросли в коллективные действия. И сейчас, когда мир говорит об угрозе большой войны, возникает вопрос: а осталось ли что-нибудь подбирать? Архитектура безопасности в Европе и мире почти разрушена. Поздно думать о ремонте, пора строить новую систему. Человечество делало это дважды, заплатив слишком высокую цену – две мировые войны. У нас есть шанс поломать эту тенденцию, пока она не стала закономерностью. И начать строительство новой системы до миллионов жертв. Имея давние уроки Первой и Второй мировой войны, а не собственный опыт возможной, не дай бог, третьей.

Я говорил об этом тут и на трибуне ООН. Что в XXI веке больше нет чужой войны. Что аннексия Крыма и война на Донбассе – это удар по всему миру. И это не война в Украине, а война в Европе. Говорил на саммитах и форумах. В 2019-м, 2020-м, 2021 году. Неужели мир сможет услышать меня в 2022-м?

Это уже не гипотеза, но еще не аксиома. Почему? Требуются доказательства. Более весомые, чем слова в Twitter или заявления в СМИ. Требуются действия. Именно миру, а не только нам.

Мы будем защищать свою землю, имея поддержку партнеров или не имея. Предоставляют нам сотни единиц современного оружия или 5 тыс. касок. Мы ценим любую помощь, но все должны понимать: это не благотворительные взносы, о которых Украина должна просить или напоминать. Не благородные жесты, за которые Украина должна низко кланяться. Это ваш вклад в безопасность Европы и мира. Где Украина восемь лет является надежным щитом. И восемь лет сдерживает одну из самых больших армий мира, которая стоит вдоль нашей границы, а не границ стран ЕС.

И «Грады» летели в Мариуполь, а не в европейские города. И после боев длительностью почти полгода разрушен аэропорт у нас в Донецке, а не во Франкфурте. И жарко всегда в Авдеевской промке – там было жарко в последние дни, а не на Монмартре. И ни одна страна Европы не знает, что такое военные захоронения каждый день во всех регионах. И ни один европейский лидер – что такое регулярные встречи с семьями погибших.

Как бы там ни было, мы будем защищать свою прекрасную землю – стоит у нас на границе 50 тыс., 150 тыс. или 1 млн солдат любой армии. Чтобы действительно помочь Украине, не нужно говорить, сколько их – военных, техники. Надо сказать, а сколько нас.

Фото: EPA

Чтобы действительно помочь Украине, не нужно постоянно говорить только о датах предполагаемого вторжения. Мы будем защищать свою землю и 16 февраля, и 1 марта, и 31 декабря. Нам гораздо больше нужны другие даты. И все отлично понимают какие.

Завтра в Украине – День героев Небесной сотни. Восемь лет назад украинцы сделали свой выбор, многие отдали за этот выбор жизнь. Неужели восемь лет спустя Украина должна постоянно призывать к признанию европейской перспективы? С 2014 года Россия убеждает, что мы выбрали ложный путь, что в Европе нас никто не ждет. Разве не Европа должна постоянно говорить и доказывать действиями, что это неправда? Разве не ЕС должен сегодня сказать: «Наши граждане положительно относятся к вступлению Украины в союз»? Почему мы избегаем этого вопроса? Разве Украина не заслуживает прямых честных ответов?

Это касается и НАТО. Нам говорят: «Дверь открыта». Но пока посторонним вход запрещен. Если не все члены Альянса хотят нас видеть или все члены Альянса не хотят нас видеть, скажите честно. Открытая дверь – это хорошо, но нам нужны открытые ответы, а не годами незакрытые вопросы. Разве право на правду не входит в наши расширенные возможности? Лучшее время для нее – ближайший саммит в Мадриде.

РФ заявляет, что Украина стремится к вступлению в Альянс, чтобы вернуть Крым силовым путем. Радует, что слова «вернуть Крым» появляются в их риторике. Но они невнимательно читали статью 5 устава НАТО: коллективные действия предусмотрены для защиты, а не нападения. Крым и оккупированные районы Донбасса обязательно вернутся в Украину, но только мирным путем.

Украина последовательно выполняет нормандские договоренности и минские. Их фундамент – безоговорочное признание территориальной целостности и независимости нашего государства. Мы стремимся к дипломатическому урегулированию вооруженного конфликта. Замечу: исключительно на базе международного права.

Что же на самом деле происходит в мирном процессе? Два года назад с президентами Франции, Российской Федерации, канцлером Германии мы договорились о полномасштабном прекращении огня. И Украина тщательно придерживается этих договоренностей. Мы максимально сдержаны на фоне постоянных провокаций. Мы постоянно вносим предложения в рамках «Нормандской четверки» и трехсторонней контактной группы. И что мы видим? Снаряды и пули с той стороны. Гибнут и получают ранения наши бойцы и мирные граждане, разрушается гражданская инфраструктура.

Последние дни стали особенно показательными. Сотни массированных обстрелов из оружия, запрещенного Минскими договоренностями. Важно также прекратить ограничивать допуск наблюдателей ОБСЕ на временно оккупированные территории Украины. Им угрожают. Их запугивают. Заблокированы все гуманитарные вопросы.

Фото: president.gov.ua

Еще два года назад я подписал закон о безусловном допуске представителей гуманитарных организаций к удерживаемым лицам. Но на временно оккупированных территориях их просто не пускают. После двух обменов пленными этот процесс заблокирован, хотя Украина передавала согласованные списки. Истязания и бесчеловечные пытки в печально известной тюрьме «Изоляция» в Донецке стали символом нарушения прав человека.

Открытые нами в ноябре 2020-го два новых КПВВ в Луганской области так и не заработали – и здесь видим откровенную обструкцию под надуманными предлогами.

Украина делает все возможное, чтобы сдвинуть обсуждение и политических вопросов. В ТКГ, в минском процессе лежат наши предложения – драфты законов, но все заблокировано – никто о них не говорит. Украина требует немедленно разблокировать переговорный процесс. Но это не значит, что поиски мира ограничены исключительно ими.

Мы готовы искать ключ к концу войны во всех возможных форматах и площадках. Париж, Берлин, Минск, Стамбул, Женева, Брюссель, Нью-Йорк, Пекин – мне не важно, в какой точке мира договариваться о мире в Украине.

Не важно, с участием четырех стран, семи или 100, главное, чтобы среди них были Украина и Россия. Что действительно важно – это понимание, что мир нужен не только нам, мир в Украине нужен миру. Мир и восстановление целостности в международно-признанных границах. И только так. И надеюсь, никто не думает об Украине как об удобном и вечном буфере между Западом и РФ. Этого никогда не будет. Этого никто не допустит.

Иначе – кто следующий? Государства НАТО вынуждены будут защищать друг друга? Хочется верить, что Североатлантический договор и статья 5 будут действеннее Будапештского меморандума.

За отказ от третьего ядерного потенциала в мире Украина получила гарантии безопасности. Того оружия у нас нет. Безопасности у нас тоже нет. Нет и части территории нашего государства, которая по площади больше, чем Швейцария, Нидерланды или Бельгия. А главное – нет миллионов наших граждан Украины. Всего этого нет.

А значит, кое-что есть. Это право – право требовать перейти от политики умиротворения к обеспечению гарантий безопасности и мира.

Фото: EPA

С 2014 года Украина трижды пыталась созвать консультации государств – гарантов Будапештского меморандума. Трижды – безуспешно. Сегодня Украина сделает это в четвертый раз. Я как президент – впервые. Но и Украина, и я делаем это в последний раз. Я инициирую проведение консультаций в рамках Будапештского меморандума. Созвать их поручено министру иностранных дел. Если они снова не состоятся или по их результатам не будет гарантий безопасности для нашего государства, у Украины будет полное право считать, что Будапештский меморандум не работает и все пакетные решения 1994 года подвергнуты сомнению.

Также я предлагаю в ближайшие недели созвать саммит государств – постоянных членов Совбеза ООН с участием Украины, Германии и Турции с целью разрешения вызовов в сфере безопасности в Европе и наработки новых, действенных гарантий безопасности для Украины. Гарантий сегодня, пока мы не являемся членом оборонного Альянса. И фактически находимся в серой зоне – в вакууме в сфере безопасности.

Что еще мы можем сделать сейчас? Продолжить действенно поддерживать Украину, ее обороноспособность. Предоставить Украине четкую европейскую перспективу, имеющиеся для стран-кандидатов инструменты поддержки, четкие и обозримые временные пределы вступления в Альянс. Поддержать трансформацию в нашей стране. Создать для Украины фонд устойчивости и обновления, программу ленд-лиза, [обеспечить] поставку новейших вооружений, техники, оборудования для нашей армии – армии, защищающей всю Европу. Выработать эффективный пакет превентивных санкций для сдерживания агрессии. Гарантировать энергетическую безопасность Украины, обеспечить ее интеграцию в энергетический рынок ЕС, когда Nord Stream 2 используется как оружие.

Все эти вопросы требуют ответов. И пока вместо них – тишина. И пока будет тишина, тишины не будет на востоке нашего государства. То есть в Европе. То есть во всем мире. Надеюсь, это уже наконец-то понимает весь мир, понимает Европа.

Дамы и господа!

Я благодарю все государства, которые сегодня поддержали Украину. И словом, и декларациями, и конкретной помощью. Тем, кто сегодня на нашей стороне. На стороне правды и международного права. Я не называю вас поименно – не хочу, чтобы некоторым другим странам было стыдно. Но это их дело, это их карма. И это на их совести. Правда, не знаю, как они смогут объяснить свои действия двоим убитым и трем раненым уже сегодня в Украине солдатам.

А главное – трем девочкам из Киева. Одной – 10, второй – шесть, третьей – всего год. Сегодня они остались без отца. В шесть часов утра по центральноевропейскому времени, когда украинский разведчик капитан Антон Сидоров погиб в результате обстрела из артиллерийского оружия, запрещенного Минскими соглашениями. Я не знаю, о чем именно он подумал в последний момент своей жизни. Он точно не понимал, какая адженда нужна кому-нибудь для встречи, чтобы закончить войну.

Но он точно знает ответ на вопрос, который я озвучил в самом начале. Он точно знает, кто из нас врет.

Вечная память ему. Вечная память всем погибшим сегодня и за годы войны на востоке нашего государства.

Спасибо!

ВИДЕОВидео: UA:Перший / YouTube

Источник

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»